Rammstein – interview 2003

[ivanna]

Интервью с Паулем, Шнайдером, Олли за май 2003

Самое первое впечатление от этого немаленького интервью – тут ни разу не упомянули Рихарда. Троица раммштайнов прошлась по всем коллегам, но Рихард для них как будто не существует. Лишь один раз было сказано о гитаристах (во множественном числе) в группе.

По версии Олли, "самый глупый вопрос, который вам задавали", это: "Не являемся ли мы гей-группой".
Нууу… не такой уж это и глупый вопрос.

Вопрос по поводу сотрудничества с другими музыкантами. Пауль и Шнайдер нагородили кучу всего: что иногда им бы хотелось, но у них и без приглашенных музыкантов куча народу в группе, и прочие шуточки. Рихард в своих интервью много рассказывал об этом: ему интересно встречаться с другими музыкантами и работать с ними. А вот по ответам Пауля очевидно, что тот против этого. Пауль вообще высказался в своем стиле: "Это похоже на ситуацию, когда вы женаты на одной женщине и в то же время пытаетесь завести роман с другой, но из-за определенных обстоятельств это невозможно." Ох уж эти аналогии гитаристов. Один приводит аналогии про секс с друзьями, а другой про роман с другой женщиной.
Интересно то, что Пауль упомянул Лемми как желающего поработать с Раммштайн. Не тогда ли в голову Рихарда заронилась идея, которую он реализовал на втором сольнике?

По поводу творческого процесса.
Шнайдер: "Музыку пишут главным образом наши гитаристы. Мы немного меняем ее все вместе. И потом Тилль приносит готовые стихи или историю."
Ну спасибо Шнайдеру, что он к маю 2003 все же признал, что Рихард пишет музыку.

На интересный вопрос о том, что бы раммштайны стали делать, если бы утром увидели себя превратившимися в девушек, Пауль ответил емким "Шайзе". Однако у Пауля нет никаких проблем с мужским-женским началами, множественными Я и прочим багажом Рихарда. Интересно, как бы Рихард ответил на такой вопрос.

Вопрос: какими были ваши первые впечатления друг о друге, и как они изменились за эти годы?
Шнайдер: "Я познакомился с Паулем лет 20 назад, я думал, что он был очень невоспитан. Он отпускал шутки о каждом человеке, независимо знал он этого человека или нет. Он немедленно узнавал слабую сторону любого человека и высмеивал ее. Как из пистолета. Мне это очень не нравилось. Теперь, я думаю, что он - хороший парень. Пауль постоянно помогает другим людям."
Олли: "Поначалу я думал, что Флаке похож на умственно отсталого дедушку. Это впечатление не изменилось."
Шнайдер: "Об Оливере я думал, что он не умеет говорить, думал, что он опасный человек, но через 6 месяцев он все-таки заговорил."
Пауль: "У меня было точно такое же ощущение относительно Олли. Я всегда думал, чтобы не сказать что-то не так, потому что не хотел быть избитым. И я по-прежнему считаю Оливера опасным человеком. Когда я впервые встретил Шнайдера, я подумал, что он не такой уж хороший барабанщик. Он был очень восторженным, но не отличным. Мое мнение изменилось, но я не могу сказать когда."
Дальше они прошлись по Тиллю и тому, как он засовывал в барабаны цыплят. И как я сказала ранее – никакого упоминания Рихарда. Они прошлись по каждому, вдоволь насмеялись – но Рихард для них не существует.
По поводу того, что Пауль сразу узнавал слабую сторону человека и бил туда. Когда Рихард и Пауль познакомились в 1989, Пауль должен был увидеть слабости Рихарда. Но он не бил туда, отнюдь. Их начальные отношения Рихард описывал "He was my other part. We complimented each other". С Рихардом Пауль не делал ничего подобного издевательствам над Шнайдером. Только позже, в Раммштайн, Пауль принялся наносить удары в беззащитное брюшко Рихарда. Как же так получилось, что между гитаристами сразу проскочила искра, а потом это пламя обожгло обоих?

Отвечая на вопрос, чем бы он занялся, если бы не был успешным музыкантом, Пауль сказал: "Я думаю, что я был бы предсказателем или психиатром." Угу, психиатром, и пришел бы к нему на прием Рихард Круспе со своими началами, реинкарнациями и привидениями. Общение с Рихардом привело к тому, что через 15 лет Пауль признал, что ему самому нужна помощь психиатра.